Ритм без паузы
Первое, что бросается в глаза после мягкого сумрака дороги – это свет. Четыре комбайна идут уступом, и их прожекторы бьют плотными желтыми лучами, выхватывая из темноты бесконечные гектары спелой пшеницы. Пытаюсь настроить фокус фотоаппарата на летящую из-под жатки золотую пыль, но руки немного дрожат. Не от холода – ночью в августе тепло, а от ощущения масштаба. Когда ты стоишь посреди 53 гектаров пшеницы, а над тобой висит звездное небо, чувствуешь себя песчинкой. Но песчинкой переполненной гордостью.
– Красиво? – раздается голос за спиной. Это неслышно подошел главный агроном Михаил Ершук.
– Свет прожекторов позволяет убрать без потерь, — подтверждает Михаил Анатольевич, когда я включаю диктофон. – Бывает, уборка идет до двух часов ночи. Погода, непогода – комбайны постоянно в поле. Даже если дождик, ожидаем: полчаса просохло, обветрилось – и пошли дальше. Работа не прекращается ни на минуту.
Хлеб любит счет и темноту
И эта фраза идеально описывает визуальный ряд ночного поля КСУП «Докторовичи». Директор сельхозпредприятия Дмитрий Уласович, подъехавший проверить ход кампании поздно вечером, отмечает, что хозяйство уже закрыло первые страницы уборочного акта: 510 гектаров озимого рапса дали 2090 тонн с урожайностью 43 ц/га, с 440 гектаров озимого ячменя взяли 2000 тонн (47 ц/га). На данном этапе молотят яровой ячмень на площади 500 гектаров и озимую пшеницу на 610 гектарах.
А вечером, после захода солнца, впервые застрекотали жатки по сорту озимой пшеницы Этана первой репродукции. Имеются в хозяйстве и 20 гектаров овса. А в этом году начали разводить еще 5 гектаров гороха.
Но самое поразительное – это арифметика мужества. На всех этих полях – 2100 гектаров уборочной площади – в хозяйстве задействовано пять комбайнов: четыреста гектаров на одну машину.
– Однако люди понимают, надо убрать то, что вырастили, – подтверждает главный агроном. – Сегодня не уберешь – завтра будет поздно. Зерно возьмет влагу, начнет осыпаться, и вместо ожидаемых высоких результатов амбары получат лишь половину от возможного.
Сейчас зерно убираем влажностью 14 процентов при норме 14–14,5 процента. По-разному бывает, может и 17 зайти, тогда сушим активнее. Но чем суше зашло, тем меньше затрат на переработку. На КЗС работают Александр Зеневич, Алексей Андрейчук, Александр Иванович, Михаил Михайловский.
Характер «Палесся»
За штурвалами огромных зерноуборочных комбайнов «Палессе» находятся люди, для которых земля стала судьбой. В их числе – Владимир Саматыя, Сергей Коршак, Павел Десяк. Для Юрия Галушко эта страда – двадцатая по счету.
– В данном хозяйстве работаю 16 лет, – голос Юрия в динамике диктофона звучит спокойно и ровно, перекрываемый шумом гидравлики. – Намолотил почти 900 тонн пшеницы. Нравится мне эта работа. Весной закладываю зерно в землю, летом сам же и собираю.
Пока мы говорим, из облака золотистой пыли выплывает еще один комбайн. Он сбрасывает обороты, и степенный мужчина ловко выпрыгивает из кабины. Это Владимир Вербило. Я смотрю на его руки и понимаю, что они знают о земле все.
– На комбайне 25 лет, в сельском хозяйстве – 45, – улыбается он. – Мне в этом году положена пенсия, мог бы сидеть дома, но снова вышел в поле. Намолотил уже 1300 тонн. В прошлом году результат составил более 2000 тонн. Работа нравится. Я вырос в деревне, родом из Докторович. Мои родители тоже трудились на земле: мама в полеводческой бригаде и на ферме работала, папа – бригадиром на весовой. Кто-то должен кормить страну. Главное – чтобы техника не подвела, остальное сдюжим.
Время измеряется бункерами
Но хлеб в поле не остается. Непрерывным потоком отправляется зерно в кузова машин. Водители Юрий Новик, Вяче-слав Демидчик и Сергей Талейко на своих МАЗах – связующее звено в этой цепи.
– Перевез уже 1400 тонн зерна, а в прошлом году было 3500, – рассказывает Сергей Талейко, пока заполняется кузов. – Главное – вовремя доставить, чтобы комбайны не стояли. Ни зернышка потерять нельзя. МАЗ вмещает 14 тонн, если пшеница – то все 16. За день делаю 14 рейсов.
И именно в эту секунду понимаешь: когда ты усердно трудишься, после четырнадцати рейсов или двенадцати часов тряски в кабине «Палесся», единственное, что может вернуть человека в строй, – это тарелка с горячей едой. Здесь нет места романтике героев, а есть жесткий расчет руководителя: голодный механизатор – это потерянные тонны. Поэтому вопрос питания решен так же четко, как и график движения техники.
Непрерывный аграрный цикл
Уборочная страда – время максимальной концентрации сил, но безопасность всегда стоит на первом месте. Пока комбайны работают на передовой жатвы, бесперебойную логистику подвоза воды для тушения возможных возгораний обеспечивает Владислав Гуринович.
До финала битвы еще около полторы тысячи гектаров кукурузы (400 на зерно, 1090 на силос) и погожие. И тут же начинается вспашка под озимый рапс, семена которого уже закуплены. Работа в «Докторовичах» не прекращается ни на минуту, плавно перетекая из одной сельскохозяйственной фазы в другую. Земля отдыха не знает.
Фото автора и Анны МАТУСЕВИЧ
Комментарии